Шуховскую башню на Шаболовке готовят к реставрации. Её создатель, инженер Владимир Шухов, также стоял у истоков российской нефтяной промышленности, проектировал мосты, заводские цеха и перекрытия. О том, как талантливый выпускник технического училища стал одним из крупнейших инженеров своего времени, какую роль в его судьбе сыграл предприниматель Александр Бари и что необходимо сохранить при реставрации башни, рассказал в интервью RT президент Международного Шуховского фонда Леонид Штерн.
— Как началась инженерная карьера Владимира Шухова? Почему молодой выпускник технического училища оказался на Всемирной выставке в Филадельфии?
— Шухов настолько блестяще учился в Императорском Московском техническом училище, что его освободили от защиты дипломной работы. Более того, в качестве поощрения направили в Америку, на Всемирную выставку 1876 года, посвящённую 100-летию независимости Соединённых Штатов.
Это была грандиозная выставка. Там демонстрировались самые передовые достижения промышленности. В составе русской делегации были известные учёные, в том числе Дмитрий Менделеев. Для молодого инженера такая поездка была совершенно исключительной возможностью.
Именно в Филадельфии Шухов познакомился с Александром Бари. Эта встреча, можно сказать, оказалась судьбоносной — она определила всю его дальнейшую профессиональную жизнь.
— Имя Александра Бари, в отличие от имени Шухова, сегодня известно значительно меньше. Расскажите о нём подробнее.
— Бари был тоже очень одарённым инженером и человеком необыкновенной судьбы. Он родился в Петербурге. Его отец переписывался с Карлом Марксом. Как рассказывали мне родственники Бари, именно из-за этого у отца семейства возникли неприятности с царскими властями. Тогда отец решил перевезти семью в США.
Однако по дороге через Швейцарию юный Александр отстал от семьи. Но он не растерялся: поступил в инженерную школу в Цюрихе. По окончании заработал на дорогу и перебрался к родным в США. Там благодаря блестящему образованию Бари-младший сделал успешную карьеру. В 1876 году он участвовал в проектировании павильонов Всемирной выставки в Филадельфии, за что был удостоен Гран-при и золотой медали. То есть ко времени знакомства с Шуховым Бари уже был состоявшимся инженером.
Он очень тепло принял русскую делегацию, помогал нашим специалистам приобретать оборудование. Сразу обратил внимание на способности Шухова и даже предложил ему остаться работать в Америке. Но Шухов отказался. Он хотел вернуться в Россию.
Бари впоследствии тоже вернулся на Родину. При этом американское гражданство он сохранил.Интересный человек, о котором, к сожалению, сегодня знают гораздо меньше, чем он заслуживает.
— Первые крупные работы Шухова были связаны с нефтяными промыслами братьев Нобель в Баку. Как молодой инженер оказался там и что ему удалось сделать?
— После возвращения из Америки Шухов устроился в Петербурге в железнодорожное чертёжное бюро. Бари его разыскал и пригласил работать на нефтяных промыслах братьев Нобель, у которых тогда была серьёзная проблема с транспортировкой нефти. От скважин до перерабатывающих заводов её возили в бочках и бурдюках. Представляете, там постоянно двигались тысячи повозок! Это было дорого, медленно, нефть терялась при перевозке.
Шухов предложил принципиально другое решение — перекачивать нефть по трубам. В 1878 году он спроектировал первый в России нефтепровод для бакинских промыслов. Стоимость доставки резко снизилась. Благодаря этому нефтяное предприятие стало работать гораздо эффективнее.
Шухову было всего 25 лет, а он предложил решение, которое изменило саму организацию нефтяного производства. Впоследствии инженер занялся и другими задачами этой отрасли: хранением, переработкой нефти, перевозкой её по воде.
В 1880 году Александр Бари основал в Москве собственную инженерную контору, главным инженером которой стал Владимир Шухов. Их сотрудничество продолжалось более трёх десятилетий.
«Мыслить симфонически»
— Бари вложил деньги, создал собственную инженерную контору, но пальму первенства в изобретательстве уступил Шухову. Почему?
— Я считаю, что Бари в каком-то смысле пожертвовал собственным инженерным талантом ради того, чтобы стать импресарио Шухова. Он находил ему интересные заказы, организовывал производство и помогал внедрять изобретения. У Бари была потрясающая инженерная и предпринимательская интуиция. Он сразу понял, с каким человеком имеет дело, и сумел создать условия, в которых талант Шухова мог раскрыться полностью.
При этом оба были очень одарёнными, амбициозными людьми. У каждого было своё «я», которое, естественно, приходилось отстаивать. Представляете, при всём этом они проработали вместе почти 35 лет!
Сам Шухов прекрасно понимал, насколько важен для него Бари. Он говорил: «Говорят, что Бари эксплуатировал меня. Это верно. Но и я эксплуатировал его, заставляя выполнять мои даже самые смелые предложения».
Замечательные слова! Ведь придумать что-то новое только половина дела. Нужно ещё добиться, чтобы изобретение начали производить и использовать. Вот эту задачу они и решали вместе. В результате создали не просто отдельные машины, аппараты или сооружения, а целые отрасли промышленности.
— Помимо первого нефтепровода, что ещё Шухов создал для нефтяной промышленности?
— Практически всю технологическую цепочку! Нефть поднималась шуховскими насосами, перерабатывалась в его аппаратах, хранилась в его резервуарах, перевозилась по нефтепроводам и в наливных баржах, а затем сжигалась с извлечением максимального количества тепла шуховскими форсунками в шуховских котлах. Так масштаб работы Шухова описал один из первых его биографов, Григорий Ковельман.
Шухов создал целый нефтеналивной флот на Волге. Разработал водонагревательные котлы, которые начали вытеснять импортные. Такие котлы использовались даже в Сандуновских банях.
В 1891 году вместе с инженером Сергеем Гавриловым он запатентовал технологию крекинга, позволяющую получать из тяжёлых нефтяных фракций более лёгкие продукты, в том числе бензин. Это открытие имело мировое значение. Представляете, один человек предложил решения практически для всех этапов работы с нефтью!
— В каких ещё областях проявился инженерный гений Шухова?
— Мостостроение, металлургия, судостроение, канатные дороги, доменные и мартеновские печи. И конечно, его уникальные конструкции. Минимум материала и максимум прочности: решение — гиперболоид. Так он выражал эту формулу.
Шухов разрабатывал конструкции перекрытий, позволявшие закрывать огромные пространства при минимальном расходе металла. Вспомните хотя бы Верхние торговые ряды — нынешний ГУМ.
Он придумал сетчатые оболочки, которые сочетали лёгкость и прочность. Его инженерные решения используются и сегодня.
Шухов говорил сотрудникам, что нужно учитывать всё одновременно: прочность, стоимость, вес, простоту изготовления и монтажа, долговечность и красоту. Как в симфонии, где разные инструменты создают единое гармоничное произведение. Именно так он и мыслил.
«Был скромным человеком»
— При таком количестве изобретений Шухов, кажется, совсем не стремился к славе. Каким человеком он был?
— Он был удивительно скромным человеком. Иногда мне кажется, что даже чрезмерно. Есть история из его гимназических лет. Однажды Шухов предложил собственное доказательство теоремы Пифагора, но учитель поставил ему плохую отметку. Требовалось повторить то, чему учили, а не придумывать своё. Возможно, этот случай повлиял на его характер.
Как-то я читал статью о нефтепереработке в энциклопедии Брокгауза и Ефрона. Прекрасно написана! Один за другим описываются аппараты и изобретения Шухова, а его фамилия нигде не упоминается. Я уже начал возмущаться: как можно не назвать изобретателя? Переворачиваю страницу, смотрю подпись — сам Шухов! Представляете, он рассказывал о собственных открытиях, ни разу не упомянув себя.
— Как складывалась судьба Александра Бари?
— Бари был не только замечательным предпринимателем, но и человеком, который заботился о своих рабочих. А у него было несколько заводов по стране. Когда в России на других предприятиях работали по 12 часов, он установил на своих предприятиях девятичасовой рабочий день. Ввёл выплаты по болезни, отпуска, помогал семьям погибших на производстве. Когда его хвалили за доброту, отвечал, что дело не в доброте: ему нужны здоровые люди, способные хорошо работать.
Ещё в 1905 году, во время революционных событий, он сказал жене, что лучше быть трамвайным кондуктором в Швейцарии, чем миллионером в России. Настолько прозорливым человеком он был! Однако так никуда и не уехал. Но и до Октябрьской революции не дожил. Александр Бари умер в Москве в 1913 году и был похоронен на Немецком кладбище (сейчас это часть территории Введенского кладбища).
«Нужно работать независимо от политики»
— Как Шухов принял революцию? Что позволило ему продолжать работать при новой власти?
— К революции он относился довольно иронично. Не понимал людей с красными книжками, которые приходили и что-то требовали. Но у него было твёрдое убеждение: «Мы должны работать независимо от политики. Башни, котлы, стропила нужны — и мы будем нужны».
Это было его жизненное кредо. Шухов считал, что инженер должен заниматься своим делом и приносить пользу людям независимо от политического строя. Он остался в России и продолжал работать, хотя времена наступили очень тяжёлые.
— С чего начался новый этап в его жизни?
— По распоряжению Ленина в 1919 году началось строительство радиобашни на Шаболовке. Первоначально Шухов спроектировал башню высотой 350 м — выше Эйфелевой! Причём конструктивно всё было рассчитано. Но страна была разорена, металла катастрофически не хватало. Потом появился проект на 270 м. В результате построили башню высотой около 150 м.
Осенью 2026 года начинается масштабная реставрация Шуховской радиобашни. Состояние уникального сооружения давно вызывает опасения…
Говорят, что Ленин даже наблюдал за работами из Кремля. Москва тогда была не так застроена, как сейчас, и строительную площадку можно было видеть издалека. Само строительство было инженерным подвигом. Шухов придумал собирать ярусы внизу, один внутри другого, а затем поднимать их с помощью лебёдок. Это позволяло обходиться без обычных подъёмных кранов и сложных строительных лесов. Работали в страшный холод. Шухов даже жаловался, что порой невозможно было держать карандаш в руках.
При подъёме очередного яруса произошла авария: часть конструкции обрушилась. Шухова обвинили во вредительстве и приговорили к «условному расстрелу»: он был нужен на площадке. В 1922 году башню достроили и запустили вещание.
— Советская власть в итоге признала заслуги Шухова. Как сложились его последние годы?
— Шухов стал Героем труда, почётным членом Академии наук СССР, получил Ленинскую премию. Признание пришло к нему ещё при жизни. Умер Владимир Григорьевич 2 февраля 1939 года в возрасте 85 лет — после несчастного случая, получив тяжёлые ожоги. Похоронен на Новодевичьем кладбище.
В 1941 году, когда немцы приближались к Москве, Шуховскую башню заминировали. Она не должна была достаться врагу. Я знаю имя человека, который её спас, — Александр Щетинин, начальник московской телевизионной лаборатории.
По воспоминаниям об этих событиях, Щетинину приказывали взорвать башню, но он всячески оттягивал исполнение. Он очень рисковал.
— Как вы оцениваете предстоящую реставрацию Шуховской башни на Шаболовке?
— В той ситуации, которая сложилась в настоящее время, главное — сохранить идею гениального инженера. Её ценность не в старом металле, а в уникальной гиперболоидной конструкции. Всё, что можно сохранить, необходимо сохранить. Но если какие-то элементы утратили прочность, их следует заменить. Главное — с точностью воспроизвести инженерный замысел Шухова.